ПервыйВторойТретийЧетвертыйПятыйШестойСедьмойВосьмойДевятыйДесятый

Для тех, кому за… Пенсионная реформа: московский рецепт


Реформирование пенсионных систем сегодня идет во всех странах, где эта самая система имеется. Получилось так, что более чем за 100 лет истории создания современных пенсионных моделей они «выдохлись», благодаря радикальному изменению демографической ситуации. А заодно и потребительские запросы населения даже в не самых развитых странах существенно изменились.


От социальной – к страховой Еще пару столетий назад ни о каких пенсиях население, не относящееся к обеспеченным классам, и не грезило. Тех, кому выпала судьба дожить до старости и нетрудоспособности, а их было не слишком много, содержали взрослые дети или благотворительные организации, если таковые вообще имелись. Но тогда в общей массе трудящихся еще было не зазорно и одежку за старшими поколениями донашивать, и о полноценной медицинской помощи не мечтали, и электричеством не пользовались.

Если сравнить то, что сегодня может позволить себе скромная российская пенсионерка в провинции, с достатком, например, бедной французской старушки начала XIX века, живущей за счет помощи детей и прихода, то наша будет обеспечена на множество порядков лучше. Как же – центральное отопление, электричество, чай-сахар, да и мясо в порядке вещей, одежда-обувь, пусть недорогие, но имеются. А еще телевизор, газовая плита…

Одним словом, даже сравнивать неловко. Но ведь тогда быт с отоплением дровами, которые еще приходилось экономить, с сахаром в качестве лакомства и с башмаками на много лет носки считался вполне нормальным!

Когда в XX веке повсеместно стали вводить пенсии по старости, это оказалось блестящим средством от социальных волнений. Пенсии были невелики, стариков – немного, работающих – в несколько раз больше, так что нововведение оказалось удивительно успешным. Кто бы мог подумать, что менее чем через столетие пенсионные проблемы станут угрозой для самого существования западной модели цивилизации!

И это не преувеличение: именно огромные социальные обязательства, в основе которых – необходимость платить растущие пенсии все более многочисленному пожилому населению за счет постоянно уменьшающегося трудоспособного населения, во многом привели к огромным дефицитам бюджетов развитых стран. Об этой опасности экономисты предупреждали уже давно, но демократически избранные правительства руководствовались простым соображением: пусть урезание «социального пирога» произойдет, но не в срок моего правления.

Классический пример – Греция. Такого замечательного социального обеспечения студентов, пенсионеров, инвалидов и прочих социально достойных для государственной поддержки групп не было и нет даже в Германии, флагмане экономики Евросоюза. То, что все эти блага граждане Греции получали в долг, волновало немногих, вплоть до того момента, когда по долгам пришлось платить.

Сможет ли вообще Греция когда-либо справиться с долговым бременем – неизвестно, а пока пенсии в этой стране неуклонно сокращаются, выход на пенсию откладывается, социальные льготы урезаются до минимума. Население, понятное дело, бунтует. Впрочем, «пенсионные» бунты в Европе уже стали делом обыденным. Молодежь не устраивает поднятие пенсионного возраста – им и так не хватает рабочих мест. Старики не желают работать дольше. Работодатели ропщут о слишком высоких пенсионных отчислениях. Так благое вроде бы дело стало кошмаром целого континента.

И объяснять даже греческому пенсионеру, что ежедневно сидеть в кафе за чашечкой кофе, смотреть по вечерам любимые сериалы, включать в жару кондиционер и получать прочие удовольствия ему не по карману, так как страна на пороге дефолта, бессмысленно. Сознательность никогда не была сильной стороной масс. Поэтому дать больше – легко и приятно, отобрать и уменьшить в случае ухудшения ситуации в экономике – почти невозможно. Что-то подобное происходило в Римской империи в период так называемых «солдатских императоров», когда красную тогу выдавали тому, кто больше наобещает, а потом, если обещания не выполнялись, попросту свергали неспособного поднять «социалку» и выбирали нового. В результате, как мы знаем, империя погибла.

Потрясшие весь мир экономические достижения Китая можно еще объяснить и тем, что эта страна не предусматривает в своем законодательстве обязательное социальное обеспечение и не платит пенсии своим сотням миллионов стариков. Китай прорвался на вершины мировых ВВП, не озадачиваясь цифрами достатка каждого отдельного китайца, – в противном случае этот рывок мог бы вообще не состояться.

Иное дело – Россия. Практика 1990-х годов, когда государственные пенсии ничего общего не имели с прожиточным минимумом и задерживались регулярно, уже кажется далеким прошлым. На трудовую российскую пенсию реально можно прожить, хоть и скромно. Более того, в тех регионах, где экономика в упадке, пенсионные деньги становятся порой единственными «живыми» деньгами семей, и старики помогают молодым, а работа в домах престарелых и в социальных службах оказывается чуть ли не единственным легальным заработком.

Наша демографическая ситуация все больше схожа с европейской: молодежи все меньше, армия пенсионеров почти достигла количества 40 млн человек и увеличивается примерно на 400 тыс. в год. По международным нормам, Россия – страна со «старым» населением, по уровню социального обеспечения намного опережает страны третьего мира и ощутимо отстает от «золотого миллиарда». Советская система, в которой не было никакого Пенсионного фонда, а все пенсии в соответствии с размером стажа, зарплаты и возраста выплачивались прямо из бюджета, ушла в прошлое.

Очевидно, что Россия сегодня как будто «зависла» между разными подходами к социальному обеспечению, и потому проведение пенсионной реформы кажется вполне естественным.

Возврат к советской системе, когда пенсия фактически была бюджетным социальным пособием, в стране, отказавшейся от социалистической системы, выглядел бы странно. Взять на вооружение «китайскую модель» и отказаться от социального бремени – немыслимо. Стремление «догнать и перегнать» страны Запада, чтобы именно миллионы российских пенсионеров с комфортом проводили лето на курортах, а зиму – в путешествиях по экзотическим странам, сегодня уже кажется опасным. Мы знаем, к каким результатам это приводит. Тем более что «дыра» в нашем собственном Пенсионном фонде уже превышает триллион рублей.

Если обратиться к статистическим данным, то становится очевидно, что пожилых людей в стране будет с каждым годом все больше. И если сегодня количество трудоспособных более чем в два раза превышает количество пенсионеров, то в недалеком будущем (к 2030 или к 2035 году), по разным прогнозам, их число может сравняться. Тогда один работник помимо собственной семьи должен будет содержать еще и одного пенсионера.

В этом случае представить себе размер дефицита бюджета Пенсионного фонда просто страшно.

Необходимость искать выход очевидна, и выход этот должен оказаться подходящим именно для России. Посмотрим, насколько то, что предлагает нам Правительство РФ, соответствует ситуации в стране. Критика на пенсионные планы правительства обрушилась буквально со всех сторон – и это неудивительно, поскольку пенсионная тема вызывает наибольший интерес электората, так что недостатки в «пенсионных» идеях Минтруда нашли все – и «правые», и «левые», и «центристы», и политики всех цветов и ориентаций.

При этом все категорически против того, чтобы пенсии не росли, или, не дай бог, уменьшались. В качестве аргументов «левые», например, часто предлагают уничтожить коррупцию и национализировать неправедно нажитые состояния. Тогда было бы всем счастье, в том числе пенсионное. Другие требуют обратить внимание на то, что почти половина трудоспособного населения России трудится нелегально и налогов не платит либо официально получает зарплаты меньше прожиточного минимума. Так что нерадивых работодателей давно пора привлекать за такие дела, например, проводить «маски-шоу» по поводу того, почему зарплата меньше средней по отрасли.

Все эти аргументы вполне весомы и никто не отрицает необходимости борьбы с коррупцией, неправедно нажитым и «теневым» сектором. Однако эти факторы не отрицают главной задачи – создания внятной и, главное, устойчивой пенсионной системы. В конечном итоге пенсионеру важнее не возможность на Канары съездить (тем более что с возрастом такие резкие перемены климата на пользу не идут), а гарантированное получение реального прожиточного минимума и прочей социальной помощи. Правительство РФ внятно продемонстрировало желание уйти от социальной пенсионной системы к страховой и представило свои аргументы в пользу такого решения.

Правительство на распутье

Разработка пенсионной реформы в России идет уже больше года. Первые дискуссии начались еще весной 2012 года, в октябре 2012 года Минтруда представило концепцию развития, потом она претерпела многочисленные изменения. В апреле 2013 года последовало выступление Президента РФ Владимира Путина о том, что суть реформы непонятна населению, в июле на сайтах Минтруда и Пенсионного фонда заработал так называемый «пенсионный калькулятор», а обсуждение продлили до 1 августа. Тем не менее осенью еще предстоят жаркие дебаты в Государственной Думе, так как существенные поправки в предложенные документы готовят даже представители «партии власти». Но есть четко выраженное распоряжение Президента РФ – решение по пенсионной реформе должно быть принято именно в 2013 году, в 2014 году будет «обкатка», с 1 января 2015 года будем жить с новой пенсионной системой.

Правительству РФ в этой ситуации не позавидуешь. Острота вопроса такова, что оно напоминает доброго молодца, стоящего на развилке дорог у камня, на котором честно написано: в какую сторону ни пойдешь, все равно хорошего не жди. Например, как следовать советам экспертов из МВФ, пугавших, что в 2015 году на выплаты пенсий уже придется отдать 16% ВВП, а в августе 2012 года настоятельно рекомендовавших поднять пенсионный возраст в России до 65 лет? Ведь по поводу уже принятых подобных мер по Европе, как оживший призрак коммунизма, мрачно бродят десятки тысяч демонстрантов, настроенных отнюдь не мирно. В результате опытом МВФ решили не руководствоваться. Пусть там и предлагали столь радикальное изменение постепенно ввести только к 2050 году (и до 63 лет поднять пенсионный возраст к 2030 году), но магия цифр такова, что общественность могла услышать только цифру 65 и вспомнить, что средняя продолжительность жизни в России немногим больше, а для мужчин так даже меньше.

Итак, пенсионный возраст в рамках нынешней реформы изменяться не будет, он останется прежним: 55 лет для женщин и 60 лет для мужчин. Робкие возгласы сильной части нации о том, что странно отпускать раньше на пенсию женщин, если у мужчин продолжительность жизни короче, во внимание приняты не были. И правильно: если всех отпускать с 55 лет, бюджет ПФ окончательно треснет, никакие резервные фонды не выдержат, если же всех – с 60 лет, то женщины этого не простят.

Правительство решило пойти другим путем – стимулировать как можно более поздний выход на пенсию рублем. Иными словами, право уйти на заслуженный отдых с 55 и 60 лет сохраняется, но если в этом возрасте пенсию не оформлять, а поработать еще несколько лет, то, как подтверждает «пенсионный калькулятор», после этого можно зажить существенно лучше.

Пять лет дополнительного стажа после достижения пенсионного возраста увеличат пенсию в полтора раза, восемь лет – практически в два раза. Разумеется, это предложение может показаться серьезным только работникам, квалификация которых востребована на рынке (например, «оборонщикам», которых и в 80 лет уговаривают не уходить – замен-то не хватает!) и здоровье не подкачало, то есть высококвалифицированным специалистам, руководителям, среднему классу, ученым и т.д. При таком подходе, согласно «пенсионному калькулятору», пенсию можно повысить вплоть до 76,5 тыс. руб. – если проработать более 40 лет, не оформляя пенсию, получая «белую» зарплату не менее 55 тыс. руб., с которой работодатель исправно платит в ПФ. Вряд ли таких «счастливчиков» будет очень много. С другой стороны, трудно назвать это несправедливостью, ведь академиком, генералом или лауреатом международного конкурса тоже не каждый может стать.

Тем же, кому в жизни повезло меньше, придется меньшим и довольствоваться. Для начала: если прежде для получения хотя бы минимальной пенсии, соответствующей региональному прожиточному минимуму (сегодня это 6131 руб. в среднем по России), требовался к наступлению пенсионного возраста стаж всего 5 лет, теперь эта цифра возрастет до 15. С 2015 года, постепенно, с каждым годом будет прибавляться один год стажа, то есть к 2025 году без 15-летнего стажа пенсию уже не дадут. Нет, дать-то дадут, но на пять лет позже (женщинам – с 60, мужчинам – с 65 лет) и только пенсию социальную – для тех, кто ничего не заработал. Сегодня она составляет 3178 руб.

Возмущаться по этому поводу вряд ли стоит – 1990-е годы, когда легальной работы с реальной для жизни зарплатой у большинства населения не было, давно прошли. Конечно, те поколения, кому эти годы серьезно стаж поубавили, пенсии получат небольшие, но для них-то и придуман срок перехода от одной системы к другой.

В рамках новой системы к базовой пенсии, той самой, которая будет опираться на региональный прожиточный минимум, будет добавляться страховая часть, учитывающая общий стаж, взносы, перечисленные в Пенсионный фонд, уход за детьми и престарелыми родственниками, службу в армии, срок работы после наступления пенсионного возраста и т.д. Что интересно – для общего объема пенсии стаж после 55 лет для женщин и 60 лет для мужчин будет «стоить» больше. Правда, нужно, чтобы в ПФ шли отчисления не менее чем с двух минимальных окладов ежемесячно (это немногим более 10 тыс. руб.).

Как раз этот вопрос может оказаться болезненным для большого количества россиян – в регионах нередки значительно меньшие оклады, в том числе и в бюджетной сфере. Скорее всего, по этому поводу осенью в Государственной Думе будет сломано немало копий. Как и по поводу необходимости платить работающим пенсионерам полностью пенсию и зарплату, а их дополнительные взносы в ПФ учитывать при пересчете пенсии.

Есть вопросы и по поводу оплаты ухода за детьми. В нынешней пенсионной реформе явно не учитываются демографические потребности страны. Максимально, за что женщина может получить (урезанные!) пенсионные начисления, – это 4,5 года. А если у нее не трое, а больше детей? Получается, ее подросшие дети будут кормить пенсионеров, на воспитание большого числа отпрысков не напрягавшихся, а ее за это «подвинут» в выплатах. Даже экономически неоправданно.

Еще один явный промах в пенсионных идеях Минтруда – поражение в правах тех, кто долго и старательно учился. За годы обучения на дневном отделении и в аспирантуре платить не будут, за год срочной службы в армии тоже заплатят не полностью.

Или у нас о модернизации забыли и с набором в армию уже так все хорошо?

Понятно желание правительства сэкономить и увязать выплаты пенсий с реальными возможностями государства, но вот за счет чего этого добиваться, явно еще не раз предстоит обсудить.

Откуда дровишки?

В Минтруда заявляли, что по просьбам трудящихся, принадлежащих к среднему классу, объем годовой зарплаты, облагаемой по обычной (22%) ставке в пользу ПФ, поднимется с 586 тыс. руб. до миллиона с небольшим. Напомним, что пока все, что выше 586 тыс., облагается ставкой 10%. Эта мера даст рост наполняемости ПФ, и, исходя из этих цифр, будут начислять призовые баллы, которые в итоге и определят размер пенсии. Всем, кто получает не менее максимально облагаемой по ставке 22% зарплаты, ежегодно будут начислять максимальное количество баллов. Остальным – пропорционально меньше. Это – так называемый индивидуальный пенсионный коэффициент. Хуже всего будет тем, чьи работодатели перечисляют 22% менее чем с двух минимальных окладов.

Будет еще «возрастной» коэффициент, учитывающий стаж работников до и после пенсионного возраста: за оптимальный «до» принят для женщин 30 лет, для мужчин – 35. За наилучший «после» – примерно еще 10 лет. И наконец, так называемый пенсионный коэффициент, который от гражданина уже зависеть не будет. В зависимости от экономической ситуации и количества собранных в ПФ средств исчислять его будут в правительстве и утверждать в Госдуме.

То, что в новой реформе система переходит от рублей к баллам и коэффициентам, глубоко симптоматично. Сама возможность, в случае чего, законным способом уменьшить размер выплат может в будущем пригодиться. Хотя ухудшать положение пенсионеров в том же законодательстве запрещено, но, скорее всего, в дальнейшем законотворческом процессе это несоответствие будет скорректировано. Поскольку при неприятном повороте в развитии мирового кризиса лучше, чтобы все-таки, пусть урезанные, выплаты производились, причем вовремя, чем в такой ситуации отвлекаться на дебаты и разногласия между разными лобби.

Еще одна надежда Правительства РФ сэкономить средства связана с сокращением льготных категорий пенсионеров и переносом расходов по досрочному выходу на пенсию с государства на собственников вредных производств, что невозможно оспорить. Вот только должна быть создана реально действующая система контроля за этими самыми собственниками. Если у нас рабочая инспекция окажется пострашнее ФСБ и по сходной цене невозможно будет признать угольную шахту райским садом, эта часть реформы даст положительный эффект. Если нет – стоит снова читать произведения Карла Маркса (кстати, он в Европе в последнее время снова стал одним из моднейших авторов).

И еще одна задумка правительства по наполнению ПФ – принять закон, обязующий работников лично бороться с «серыми» зарплатами, когда меньшую часть платят официально, а большую – в конвертах. По мнению авторов готовящегося законопроекта, сотрудники должны принципиально отказываться получать таковые зарплаты и даже увольняться в знак протеста. Иначе им могут, например, отказать в получении кредита. Хочется предложить таким законотворцам вернуться из мира фэнтэзи в российскую реальность, где по просторам Отечества бродят то ли 10, то ли 17 миллионов нелегальных мигрантов. В области неквалифицированного труда россиянам диктовать свои условия работодателям уже в принципе невозможно, в остальных областях – очень избирательно, разве что будучи совершенно уникальным специалистом.

Перевод большей части накопительных пенсий из негосударственных пенсионных фондов в страховую часть также кое-что добавит в пенсионную копилку. Поскольку большинство россиян так и не решилось что-то промолвить по поводу выбора НПФ и их деньгами занимался государственный ВЭБ, это решение не кажется чрезмерным. Все желающие оставить свои денежки в НПФ просто должны об этом заявить. Впрочем, тех, кто родился раньше 1966 года, это вообще не касается. Если гражданин в возрасте младше 1966 года рождения ничего не напишет, то из 6%, которые прежде переводились в ВЭБ, 4% уйдут в ПФ, а 2% – по-прежнему в ВЭБ. Если же будущий пенсионер снизойдет до переписки с ПФ и НПФ, то должен будет указать, сколько именно процентов (2 или 6) он готов направлять в накопительную часть пенсии.

Чтобы победить недоверие к негосударственным пенсионным фондам, государство даже готово взять на себя обязательство гарантировать сохранность всех вложенных в НПФ средств – без процентов, разумеется. Что опять же явно вызовет дискуссии – почему за счет остальных нужно гарантировать сохранность вкладов тех, кто готов рискнуть?

Многочисленные вопросы по поводу пенсионной реформы пока говорят только о том, что ее необходимость назрела и откладывать ее не стоит. То, что в процессе осуществления реформы нам предстоят многочисленные корректировки, тоже очевидно. Главное – устойчивость и предсказуемость самой системы. В чем пример может показать, как всегда, Москва.

Город для всех

Задолго до предвыборной кампании Сергей Собянин позиционировал себя как Мэра всех москвичей, стремящегося сделать город удобным для всех – и студентов, и молодых родителей, и рабочих, и ученых, и пенсионеров и т. д. Эту позицию стоит признать единственно правильной, так как Москва – наш общий дом.

Опыт Москвы как города, в котором пенсионеры могут вести достойную жизнь, уже привел к необходимости ограничивать число тех, кто хотел бы пользоваться этими благами. Сегодня в Москве полный «пакет» для пенсионеров доступен только тем, кто прожил в городе не менее 10 лет, поскольку ради московской «социалки» слишком много желающих стало приезжать в Москву. А финансовые возможности города небезграничны.

Сегодня неработающие москвичи-пенсионеры получают не менее 12 тыс. руб. с учетом региональной социальной доплаты к пенсии до величины городского социального стандарта. Мог бы город платить больше? Возможно, но для пожилых людей более важно наличие полноценной инфраструктуры, подходящей для их нужд.

То, что Москва сегодня не жалеет средств на создание и поддержание зон рекреации шаговой доступности, когда можно попасть в зеленую зону буквально рядом с подъездом, на разгрузку районных поликлиник, на развитие системы социального патроната и т.д., – это наилучшее решение для московских пенсионеров. Те из них, кто привык вести активный образ жизни, могут не ограничивать себя в поездках, посещать множество общественных и культурных мероприятий, заниматься спортом. Те, кто нуждается в уходе на дому, обеспечиваются этой заботой. Ряд городских льгот существенно поддерживают бюджет каждого пенсионера в зависимости от его индивидуальных потребностей.

Возможно, именно этот подход стоит взять за основу в полноценном внедрении пенсионной реформы в России и «добавить внимания» к «пенсионной» инфраструктуре. Тогда даже рост пенсий не будет определяющим в оценке результативности реформы.

Свое отношение к тому, как в Москве решаются проблемы пенсионеров, уже смогли определить жители «новой» Москвы – в основном это слова благодарности.

Текст: Алиса Бецкая



Назад в раздел